«Устали доказывать». Как осетина трижды пытались посадить за убийство тети12.03.2019 11:28

Алан Габараев
МОСКВА, 12 мар — РИА Новости, Виктория Дубовская. Две явки с повинной, очевидный мотив преступления и целый список улик, включая орудие убийства, — следователи как по учебнику собрали доказательства причастности жителя Владикавказа Алана Габараева к организации убийства собственной тети. Однако суд не убедили: в конце февраля присяжные в третий раз признали Габараева невиновным. Защита праздновать победу не спешит, опасаясь, что обвинение пойдет на новый круг и опять обжалует приговор. РИА Новости попыталось разобраться в запутанной истории.

Подвела арифметика

Зему Габараеву убили в Санкт-Петербурге в июле 2014-го. По мнению следствия, племянник жертвы Алан Габараев организовал преступление, чтобы быстрее получить наследство: тетя завещала ему комнату в питерской коммуналке и часть дома в Южной Осетии. Силовики считают, что Габараев, находясь во Владикавказе, предложил совершить убийство другу детства Мендику Кокоеву — за полтора миллиона рублей, причем миллион передал авансом.
Мендик Кокоев в зале суда
Кокоев сам купил пистолет и билет на поезд из Владикавказа в Санкт-Петербург. Следствие утверждает, что заказчик убийства арендовал там для него жилье, однако Кокоев времени терять не стал и сразу отправился к жертве. Дождавшись, когда соседка Земы по коммуналке вышла покурить на лестничную клетку, убийца проник в квартиру, трижды выстрелил в Габараеву и скрылся. Выбросив пистолет в Неву, отправился обратно во Владикавказ, где Габараев передал ему остаток гонорара.
Кокоева вычислили быстро, он во всем сознался, показал место, где выбросил пистолет, — силовикам даже удалось его выловить. Заказчиком преступления убийца назвал Алана Габараева, и тот после задержания подписал явку с повинной. Пазл сложился, но стал быстро разваливаться.
В Петербурге Габараев отказался от показаний, которые давал во Владикавказе. По словам адвоката Игоря Федюшкина, признавался в преступлении Габараев «мягко говоря, под давлением».
В суде же против обвинения сыграл экономический мотив убийства. Принадлежавшая Земе комната в коммуналке стоит около двух миллионов рублей, а часть дома в Цхинвале эксперты оценили в 360 тысяч рублей (копия документа имеется в распоряжении редакции). Цель не оправдывает средства, сочли присяжные. Кроме того, защита не отрицает, что Габараев передавал Кокоеву деньги, но не полтора миллиона рублей, а два, и не за убийство — а за «трудоустройство в ФСБ».
Фотографии дома в Южной Осетии, часть которого принадлежала Земе Габараевой

Мечты о погонах

Алан Габараев с детства мечтал попасть на работу в силовые структуры. Для этого переехал в Санкт-Петербург и поступил на юридический факультет. Получив диплом, пытался устроиться в местную транспортную прокуратуру — не взяли. В 2013-м вернулся во Владикавказ, однако и на родине с работой по профессии не срослось — с двумя высшими образованиями пришлось подрабатывать на мебельном производстве.
В мае 2014-го объявился друг детства Мендик Кокоев. Попросился на ночлег на пару дней. Во Владикавказе Алан жил в маленькой двухкомнатной квартире вместе с бабушкой, мамой и сестрой. Несмотря на стесненные условия, Габараевы не отказали: с семьей Кокоева они когда-то соседствовали в Южной Осетии, были очень дружны и всегда помогали друг другу. Вместо пары дней гость задержался на несколько месяцев.
За это время Кокоев сблизился с другом детства, узнав, среди прочего, о завещании тети и большом желании Габараева работать по профессии. Взялся устроить Алана в силовые структуры. Выбор пал на ФСБ. Однако Кокоев предупредил: придется «занести» круглую сумму «правильным» людям.
Алан Габараев у здания суда
По словам адвоката Габараева, Кокоев был большим авторитетом для Алана. Убеждал по-разному: однажды даже повез друга к гадалке, которая уверенно сказала: «Вижу Габараева в погонах». К тому же Габараев знал, что родственники Кокоева занимают высокие посты в правоохранительных органах Южной Осетии.
Алан поделился предложением Кокоева с членами семьи, и те тоже поверили. Оставалась одна проблема: денег у Габараевых не было, в собственности — единственная квартира примерной стоимостью 2,5 миллиона рублей.
Федюшкин утверждает, что Кокоев предложил «простую» схему: семья продает недвижимость, половину суммы отдает за трудоустройство, на другую половину покупает жилье в строящемся доме. Кокоев выразил готовность выступить посредником в обеих сделках.
Габараевы согласились, квартиру из-за спешки продали дешево, за два миллиона. За миллион будущему «сотруднику ФСБ» один раз позвонили с незнакомого номера, предупредив, что скоро свяжутся насчет работы. После обнадеживающего звонка посредник попросил еще миллион — на инвестиции в строящуюся недвижимость.
Вскоре Кокоев съехал от Габараевых и приобрел «Лексус», однако дорогая покупка никого не смутила: ему продолжали верить. Хотя семья толком не знала, чем он зарабатывает на жизнь, и уж конечно, никто не догадывался, что у Кокоева долгов по кредитам на несколько миллионов.
Фотографии дома в Южной Осетии, часть которого принадлежала Земе Габараевой
Адвокат Федюшкин считает, что преступник убил Зему, следуя странной логике: рано или поздно Габараев устанет ждать обещанного, а ускорив получение его наследства, Кокоев как бы «вернет должок».
Однако, по мнению адвоката, смерть тети не входила в план, иначе убийца вел бы себя гораздо осторожнее. В декабре 2014-го Кокоев собрался поехать «отдохнуть» в Москву. Во всяком случае, так он сказал Габараеву. В пути позвонил и сообщил, что передумал — едет в Санкт-Петербург. Попросил помочь с поиском временного жилья.
Кокоев дважды попался на глаза соседям Земы и, по показаниям свидетелей, на выходе из квартиры в сердцах произнес «вот дура!» — видимо, между убийцей и жертвой произошла ссора.
После совершения преступления Кокоев намекнул Габараеву, что «ускорил вопрос с наследством». Адвокат Габараева признает: тут подзащитный повел себя не лучшим образом. Молодой человек догадался, что тетю убили, однако никому ничего не сказал. Габараев все еще верил Кокоеву насчет карьеры в ФСБ — сдать друга для него означало отказаться от мечты и подвести семью, лишившуюся собственного жилья.
Впрочем, терпение «будущего силовика» оказалось небезграничным. Габараев понял, что друг детства его обманул, и решил проблему «по-братски». По информации адвоката, он нанял знакомых спортсменов, которые объяснили Кокоеву, как нужно дружить. У него отобрали новую машину и дали две недели на поиск денег. Через несколько дней Кокоева задержали по делу об убийстве.

Счет 3:2 в пользу защиты

Пока Габараева и Кокоева судили, произошла реформа. Первые два процесса доводы сторон слушали 12 человек, третий — восемь. Каждый раз были новые присяжные, но версия Габараева всем показалась убедительнее того, на чем настаивало обвинение.
Первая группа присяжных решила, что в убийстве не виновны оба, хотя Кокоев вину не отрицал. Тут все дело в формулировке вопросов для присяжных.
Потом присяжные признали Кокоева виновным в убийстве — на третьем процессе его приговорили к восьми с половиной годам колонии строгого режима. Защита Габараева трижды выигрывала суд первой инстанции, однако обвинение дважды отыгрывалось в Верховном суде.
Чтобы вернуть дело на новое рассмотрение, прокуратура указывала на многочисленные нарушения судебного процесса, в том числе на доведение до присяжных сведений, не относящихся к делу или выходящих за пределы их компетенции. Так, обвинение специально подсчитало, что в первом процессе судья сделал не менее 16 замечаний Габараеву и не менее 52 замечаний его адвокатам.
На втором процессе свидетели защиты проинформировали присяжных о результатах первого суда, что также считается нарушением.
Защита Габараева, в свою очередь, утверждает, что многие важные доказательства им не дали приобщить к делу и законным образом довести до присяжных. Например, экспертную оценку рыночной стоимости дома в Цхинвале.
Прокуратура пока не решила, обжаловать новый приговор или нет, однако защита не исключает, что дело пойдет по новому кругу. Затянувшийся на несколько лет процесс уже вымотал всех участников.
В Санкт-Петербурге бывало, что обвинение после нескольких пересмотров оправдательного приговора добивалось реального срока для подсудимого. Так, питерского криминального авторитета Станислава Тюрина дважды оправдали по делу об убийстве петербургской предпринимательницы Валентины Раевской в 2006 году, но в третий раз обвинение убедило присяжных в виновности Тюрина. Справедливости ради стоит заметить, что Тюрин был фигурантом нескольких уголовных дел, в общей сложности его приговорили к 23 годам лишения свободы. СМИ называли его рекордсменом по оправдательным приговорам: по разным делам присяжные оправдали Тюрина четыре раза.
Подобные случаи большая редкость. В России оправдательных приговоров по уголовным делам — меньше процента: в прошлом году было лишь 516 из 108 тысяч.

Добавить комментарий


Яндекс.Метрика
Top