Начальник Транскама

Начальник Транскама25.07.2018 12:56

…В ответственный период строительства Транскама, когда разнобой в работе между участками достиг апогея и возникла необходимость организации штаба строительства, мне, тогда начальнику Южного участка, передали, что со мной хотел бы встретиться заместитель директора Юго-Осетинского научно-исследовательского института Вахтанг Дмитриевич Цховребов. Я знал его еще с периода проектирования дороги как патриота Осетии и, соответственно, переживавшего за судьбу перевальной дороги.
Напряженная обстановка в организации строительства не давала возможности бросить все и бежать в ответ на приглашение, хотя, думаю, Цховребов был информирован о наших провальных делах – в основном из-за отсутствия транспорта по перевозке грузов (грунта).

Собственных сил у Южной Осетии было мало. За грузовые перевозки по заданию Госплана СССР на Южном участке отвечал Минтранс Грузии, но его руководство с самого начала этот вопрос игнорировало.
Прибыл я в ЮОНИИ, пообщался с уважаемым человеком, он сообщил, что со мной хотел бы встретиться старший референт отдела партийного контроля ЦК КП Грузии Григорий (Гриша) Георгиевич Санакоев, бывший в шестидесятые годы первым секретарем Юго-Осетинского обкома партии, в последующем переведенный в ЦК КП Грузии на скромную должность. О делах нашего участка Г. Санакоев был уже информирован через В. Цховребова. Говорил он шепотом, словно его кабинет прослушивали. Поэтому пригласил меня к себе домой вечером, где после моего обстоятельного сообщения велел поехать к Б. Кабалоеву и проинформировать его о делах на участке.
И вот я прибыл в Северо-Осетинский обком КПСС. Меня принял помощник Кабалоева, если память мне не изменяет, по фамилии Исаков. Я представился, он посмотрел на меня с некоторым удивлением и, думаю, в душе подумал, не много ли я хочу.
– Я вас сведу с А. Чельдиевым, он решит, что делать дальше, – сказал помощник. Я кратко, по-военному, доложил обстановку на участке, и Чельдиев повел меня к Кабалоеву. Когда Билар Емазаевич привстал и вышел ко мне, молодому прорабу, навстречу, чуть ли не на середину своего длинного кабинета, я, не скрою, покраснел и даже немного растерялся.
О ситуации на Южном участке он был проинформирован Чельдиевым, но ему было крайне интересно услышать из уст «виновного» причины провала государственных планов по такому важному объекту.
Я обозначил проблемы участка – это малое количество землеройной техники и отсутствие транспорта, но Кабалоев еще долго расспрашивал меня, вплоть до мелочей об участии местных партийных и советских органов в решении наших задач.
От вопросов он перешел на распорядительный тон и велел А. Чельдиеву, во-первых, «слетать» к министру транспортного строительства СССР по вопросу увеличения землеройной техники на Южном участке. Во-вторых, решить вопрос обеспечения транспортом для грузовых перевозок за счет собственных возможностей республики.
Я был впечатлен этой встречей, а главное – она вселила надежду на успех в судьбе Транскама. Правда, дорогу тогда так еще не называли. Это название она обрела позже, в публикациях журналистов тогдашней «Социалистической Осетии».

…Не прошло и месяца, как в нашу прорабскую контору начали звонить и присылать гонцов от начальника железнодорожной станции Цхинвала Василия Гояева с грозными предупреждениями «срочно освободить вагоны от поступивших с завода 4 бульдозеров!» Это был настоящий праздник не только на нашем участке, но и для всех строителей перевальной дороги. Чуть позже с Северного участка к нам переправили еще два мощных экскаватора. Благодаря тому что Чельдиев стал куратором и координатором в решении проблем Транскама – уже в чине начальника штаба строительства, наступил переломный этап в выполнении планов строительных работ.
Решение второго вопроса тоже не заставило ждать долго. С Северо-Осетинского грузового автотранспортного предприятия к нам на Южный участок были откомандированы «БелАЗы» грузоподъемностью 25 тонн. Вот они и «изматывали» нам нервы из-за того что погрузка этих самосвалов нашими экскаваторами осуществлялась относительно медленно.
Видя это, Александр Чельдиев был намерен каким-то образом воздействовать на Минтранс Грузии, чтобы грузинская сторона все же вспомнила возложенные на нее Госпланом СССР обязанности. Будучи лично очень дисциплинированным человеком, он добивался того же и со стороны высшего руководящего состава Минтранса Грузии. В решении вопроса Чельдиев задействовал управляющего трестом «Севкавдорстрой», Героя Социалистического Труда Сергея Петровича Федосеева, который имел определенные контакты в Минстрое и Правительстве Грузии.
Непосредственно для урегулирования вопроса в Тбилиси был командирован Вячеслав Каневский, впоследствии замначальника СУ-841, а затем начальник ДРСУ-12 Минтрансстроя в Беслане и управления «Севосетинавтодора».

Александр Хаджумарович никогда не рвался к власти. Она его сама находила, и он органично вписывался в ту удивительную эпоху, через которую мы прошли. Мне представляется, в Осетии должен найтись писатель, который сможет написать роман о строительстве «магистрали века». И о той роли, которую сыграл в судьбе Транскама Александр Чельдиев.
11 июня 2018 года А.Х. Чельдиева не стало. В день прощания почти ничего не было сказано о его делах на Транскаме, тем более о Южном участке. «И если бы его не было, Транскама, то что бы было с Южной Осетией?» Эти слова принадлежат самому Александру Хаджумаровичу Чельдиеву. Позволю себе немного их перефразировать: «Что было бы с Транскамом, если бы не было таких людей, как Александр Чельдиев?».

Леван Кортиев, газета «Северная Осетия»

Добавить комментарий


Яндекс.Метрика
Top